Переводчик сайта

Поиск по сайту

Рыбное блюдо дня

  • Копчение лосося и ленка

    Блюда из лосося Aug 31, 2019 | 06:58 am

    Копчение лосося и ленка Копчение лосося и ленка Копченый лосось или ленок прекрасное блюдо как закуска или как ингредиент для бутербродов. Копченый лосось или ленок готовится крайне просто, но требует времени и наличия коптилки.

    Read more...
  • Хе из ленка

    Блюда из сибирской рыбы Aug 31, 2019 | 06:34 am

    Хе из ленка Хе из ленкаХе из ленка простое и незамысловатое, но очень вкусное блюдо, которые можно приготовить из свежепойманого ленка, очень просто за несколько часов в походных условиях.

    Read more...
  • Слабосоленый ленок

    Блюда из сибирской рыбы Aug 25, 2019 | 10:13 am

    Слабосоленый ленок Слабосоленый ленокИз свежепойманного ленка или хариуса можно сделать прекрасную свежесоленую рыбу, будь то дома или в походе на рыбалке. Слабосоленая рыба готовится очень просто и легко и не требует специальных навыков.

    Read more...
  • Сочная запеченная в духовке семга

    Семга рецепты Aug 25, 2019 | 06:52 am

    Сочная запеченная в духовке семга Сочная запеченная в духовке семга Сочная запеченная в духовке семга - прекрасное блюдо на обеденный стол для всей семьи, гости также по достоинству оценят ваше угощение. Готовится сочная запеченная в духовке семга быстро, всего за 40-45 минут и готовится очень[…]

    Read more...
  • Жареные стейки горбуши нежные и сочные на вкус

    Блюда из лосося Aug 25, 2019 | 06:36 am

    Жареные стейки горбуши нежные и сочные на вкус Жареные стейки горбуши нежные и сочные на вкусЖареные стейки горбуши нежные и сочные на вкус прекрасные блюда которые можно приготовить легко и очень быстро всего за 40 45 минут. Это блюдо прекрасно подойдет на праздничный стол при хорошей сервировке или[…]

    Read more...
  • Уха из семги по домашнему

    Семга рецепты Apr 15, 2019 | 06:27 am

    Уха из семги по домашнему Уха из семги по домашнемуУха из семги по домашнему отличное блюдо для всей семьи. Уха из семги по домашнему готовится за полтора часа, сложность приготовления блюда среднее.

    Read more...

МОРСКОЕ ПРИРОДОПОЛЬЗОВАНИЕ В ЗАПАДНОМ СЕКТОРЕ АРКТИКИ: ПРОБЛЕМЫ И РЕШЕНИЯ


В системе морского природопользования западный сектор Арктики как наиболее хозяйственно освоенный регион многофункционального управления выделен в самостоятельную единицу управления и включает в себя акватории трех морей: Белого, Баренцева и Карского. С точки зрения концепции больших морских экосистем (БМЭ) все три моря представляют собой самостоятельные экосистемные образования, однако лишь два из них - Баренцево и Карское -относятся к классу БМЭ. Внутреннее Белое море характеризуется относительно самостоятельным океанографическим режимом, однако в силу небольшого размера не отвечает критериям БМЭ.
Рассматриваемые моря существенно различаются по своим эколого-географическим характеристикам, причем не только в целом, но и по частям, что исторически обусловило в них развитие региональных видов природопользования. Здесь ведется стратегически важная деятельность (добыча ресурсов, мореплавание, транспортные перевозки, охрана границ и оборона). Объединяющей все три водоема чертой выступают грузовые перевозки по Северному морскому пути (СМП), роль которого возрастает в связи с деятельностью по вовлечению в отечественную и мировую экономику огромных нефтегазовых ресурсов арктического шельфа, п-ова Ямал и Тимано-Печорской низменности. Глобализация мировой экономики ведет также к объективному превращению национальной магистрали СМП в международный Евро-Азиатский трансконтинентальный транспортный коридор, который будет способствовать реализации естественных географических преимуществ России как связующего звена между Европейским Союзом (ЕС) и Азиатско-Тихоокеанским регионом (АТР) - двумя из трех крупнейших экономических образований современного мира. В пользу такого благоприятного «арктического» сценария развития мировой хозяйственной системы выступает широко признаваемая (хотя и недостаточно научно обоснованная с точки зрения необратимости)


Морское природопользование в западном секторе Арктики: проблемы и решения
концепция глобального потепления, которое должно со временем избавить хозяйствующие субъекты разных стран от негативного бремени тяжелых арктических льдов.
Очевидно, что независимо от динамики естественных природных условий уже через 15-20 лет человечество не сможет развиваться без разнообразных богатств Арктики, в первую очередь, топливных, что выдвигает на повестку дня проблему рационализации природопользования в этом специфическом регионе Земли.
В 5-модульной структуре типовой БМЭ два последних модуля охватывают социально -экономические и управленческие аспекты устойчивого развития морских бассейнов. Оба блока взаимосвязаны, а само их выделение отражает изменение взгляда на морское природопользование с потребительского на экосистемно-ориентированное. В основе такого подхода заложена простая мысль: без конструктивного внимания к сохранению устойчивости природной среды и биоты морей невозможно устойчивое социально-экономическое развитие, основанное на использовании ресурсов морских и прибрежных экосистем населением приарктических государств.
Практическая реализация такого сдвига в сознании природопользователей (далеко не завершенного и противоречивого) влечет за собой уточнение самого понятия рационализации морского природопользования в Арктике. Главная задача при таком стратегическом управленческом переходе состоит, прежде всего, в укреплении политической воли государств и частных природопользователей к принятию экосистемно-ориентированных способов
хозяйствования и использованию науки для определения пределов допустимого (в конкретных условиях) уровня вмешательства человека в функционирование арктических экосистем. Это вмешательство, как известно, включает в себя экстракцию компонентов природы (природных ресурсов), эмиссию продуктов антропогенной деятельности в морскую природную среду и отторжение (исключение) естественных участков территорий (акваторий, местообитаний и др.) от (из) природных эколого-географических пространств БМЭ.
Совмещение в единой целевой функции природопользования трех разнородных функциональных элементов (экстракции, эмиссии и оккупации) требует от политиков, администраторов и ученых интегральных анализа и прогноза состояния каждой конкретной БМЭ как объекта природопользования, и адекватных методов управления.
В качестве междисциплинарного комплекса рациональное природопользование и его проблемы занимают ключевое место в системе эколого-географических исследований. Их решение базируется на оценках экологического состояния морских водоемов, анализе процессов антропогенного загрязнения, проведения мониторинга, моделирования и прогнозирования экологической ситуации, но при этом не менее важно рассмотрение социально -экономических вопросов природопользования, выбор эколого-хозяйственных приоритетов и т.д.
В первом выпуске «Вестника Кольского научного центра РАН» отмечалось, что «успех для перехода на экосистемно-ориентированное управление морскими территориями (экорегионами, БМЭ и т.д.) зависит в первую очередь от политической воли власти» [1].
За истекшие годы многое изменилось, в первую очередь в части внимания к Арктике. Достаточно напомнить такие основополагающие документы, как «Основы государственной политики Российской Федерации в Арктике на период до 2020 года и дальнейшую перспективу» (утверждены Президентом РФ 18 сентября 2008 г.) и «Стратегия развития Арктической зоны Российской Федерации и обеспечения национальной безопасности на период до 2020 года» (утверждена Президентом РФ 20 февраля 2013 г.) [2, 3]. В этих утвержденных документах сбережение уникальных экологических систем отнесено к перечню первоочередных национальных интересов в Арктике.
В конце первого полугодия 2014 года (29 июня 2014 г.) Президент РФ Владимир Путин подписал перечень поручений по вопросу эффективного и безопасного освоения Арктики. В их числе значится, в частности, п. 3(в): «разработать пилотный проект комплексного управления природопользованием в арктических морях и реализовать его в российской части
Баренцева моря» (отв. Председатель Правительства РФ Д.А. Медведев, а конкретно -Минприроды РФ, Минэкономразвития РФ, Минрегион РФ, Минсельхоз РФ и Минфин РФ).
Из этого следует, что среди четырех главных задач комплексного управления природопользованием [1] первая - политическая воля власти - может считаться выполненной. Остальные три - экосистемные знания, законодательство и управленческие технологии - будут совершенствоваться по мере движения в нужном направлении. Эти предпосылки взаимосвязаны и составляют целый набор сложных проблем.
В рамках законотворческой деятельности в конце июня 2014 г. Минрегион РФ разработал проект Концепции Федерального закона «О морском планировании в Российской Федерации». Однако ликвидация этого министерства в сентябре 2014 г. и объективная сложность проблемы отодвинули сроки завершения этой работы на неопределенное время.
Согласно Морской доктрине РФ, администрирование в области формирования и реализации национальной морской политики заключается, в первую очередь, в перспективном планировании морской деятельности. В соответствии со Стратегией развития морской деятельности Российской Федерации на период до 2030 г., утвержденной распоряжением Правительства Российской Федерации от 8 декабря 2010 г. № 2205-р (далее - Стратегия), одной из стратегических целей развития морской деятельности Российской Федерации обозначен переход к комплексному подходу в планировании развития приморских территорий и прибрежных акваторий конкретных побережий страны путем выделения их в отдельный единый объект государственного управления [4].
Высокий и быстро растущий спрос на морское и прибрежное пространство (оккупация) для таких различных целей, как возобновляемые источники энергии, разведка и добыча нефти и газа, морское судоходство и рыболовство, сохранение экосистемы и биоразнообразия, добыча сырья, туризм, развитие аквакультуры, многочисленные и разнообразные нагрузки на прибрежные ресурсы, требуют комплексного (интегрального) планирования целевого использования морских акваторий для таких видов деятельности.
Комплексное морское природопользование в современном понимании основывается на необходимости и практической возможности решения двух основных задач: 1) обеспечение стратегически сбалансированного взгляда на все виды морской деятельности, при стремлении к реализации концепции устойчивого развития (баланс экономических, экологических и социальных целей); 2) использование экосистемного подхода к регулированию и управлению морской деятельностью путем сохранения у морских экосистем способности устойчиво противостоять антропогенному стрессу и эффективного поддержания таким образом всего набора экосистемных услуг.
До принятия Федерального закона «О морском планировании в Российской Федерации» реализация комплексного морского природопользования невозможна без выполнения общих задач текущего и будущего анализа, т.е. планирования и размежевания сегментов морского трехмерного пространства для достижения конкретных пользовательских целей морского природопользования, которые устанавливаются в ходе и по результатам морского пространственного планирования (МПП) как политического и технологического процесса [1].
В зависимости от рода и вида хозяйственной деятельности, осуществляемой человеком в море, и характера функциональной совместимости этих различных, порой диаметрально противоположных по эффекту антропогенных действий, можно сформулировать главные принципы морского зонирования (районирования).
Любое зонирование обусловлено двумя общими чертами: местоположением
и воздействием, которое оказывает на конкретное место (территорию) вид рассматриваемой деятельности.
Рассмотрение и краткий анализ такого районирования и составило основную задачу данной работы.
Эколого-географические основы морского районирования в Арктике
В большинстве приморских государств зонирование выполняется в акваториях и для акваторий, в которых морехозяйственная деятельность имеет многофункциональный характер, и охрана окружающей среды входит в круг производственных функций как альтернативный вид рационального природопользования. Обобщив мировой опыт создания морских особо охраняемых территорий и их функционирования, исследователи пришли к выводу: вопросы использования и сохранения морской среды неразделимы. Режим морских особо охраняемых территорий должен учитывать необходимость как охраны морской среды (поддержание или восстановление биологического разнообразия), так и ее устойчивого использования.
Зарубежный опыт позволяет сделать три вывода, имеющих большое значение для Российской морской Арктики. Во-первых, нужна объективно существующая «теснота» в пространственном размещении многофункционального морского хозяйства. Без этого не появится острая потребность в упорядочении этой «тесноты». Во-вторых, нужен высокий научный уровень технологического и экологического развития государства, дающий возможность специалистам решать эту проблему наиболее эффективным способом, не мешая рациональному устойчивому развитию. В-третьих, требуется политическая воля лиц, принимающих решения, направлять действия уже названных значимых факторов в нужном направлении. В отсутствии всех трех факторов успех в области МПП, а значит, и зонирования окажется невозможным или имеющим перекос в ту или иную сторону (чрезмерная экономизация или чрезмерная экологизация).
Баренцево и Карское моря как один из ключевых европейских экорегионов требуют соответствующего экосистемно-ориентированного подхода к управлению, что существенно осложняет реализацию комплексного управления не только из-за сложных природных условий и сравнительно многофункциональной региональной морской экономики, но и существенного различия законодательных подходов к реализации методов Норвегии и России при зонировании Баренцева моря и отстаивании суверенных прав России на Севморпуть.
В Стратегии социально-экономического развития Мурманской области сказано, что «в силу особого значения приморских территорий и прибрежных акваторий для развития Мурманской области, специфики социально-экономических взаимодействий, связанной с приморским и приграничным положением, а также усиливающихся конфликтов между отдельными видами морской деятельности и отраслями регионального морехозяйственного комплекса, возможно выделение отдельного морехозяйственного макрорайона, состоящего из побережья Мурманской области» [5]. Его по праву можно назвать полифункциональным и крайне перспективным с точки зрения развития практически всех видов морской деятельности (рис. 1). Но в первую очередь это район сохранения биоразнообразия с приоритетом охраны природы (см. ниже). Важно подчеркнуть, что без долевого участия территорий в управлении прилегающими к своим сухопутным территориям участками прибрежья не только не удастся рационально разрешить аква-территориальные конфликты между Центром и приморскими субъектами РФ, но и правильно расставить финансовые приоритеты ограниченных местных бюджетов при социально-экономическом развитии прилегающих к конкретным субъектам РФ прибрежных зон.
Существует ряд проблем реализации комплексного плана природопользования в российском секторе юрисдикции.
Во-первых, аксиома акваториального планирования - это наличие конфликтов, как внутрисекторальных, так и межсекторальных. Без выявления этих конфликтов план зонирования (часть плана акваториального планирования) не нужен. В российском секторе Баренцева моря после приостановки реализации Штокмановского проекта главный потенциальный межотраслевой конфликт перешел в отложенную стадию потенциально возможного. С уходом на второй план главных противоречий между использованием водных живых ресурсов
и энергетических ресурсов остались внутрисекторальные конфликты, которые являются серьезными основаниями для морского (акваториального) планирования в рыболовстве. Например, не всегда они связаны с делением морского рыболовного пространства на зоны предпочтительного или исключительного использования. Нередко функциональное разделение рыбохозяйственного комплекса не зависит от территориальных предпочтений. Зачастую они экономически и технологически обусловлены, но в любом случае эксплуатация водных биоресурсов сопряжена с экологическими проблемами.
Во-вторых, согласование между двумя близкородственными видами деятельности -эксплуатацией и сохранением задает свои проблемы территориального планирования, являясь одной из существенных его сторон.

Рис. 1. Морехозяйственная деятельность в прибрежье Мурмана:
I - приоритетная зона (прибрежные зоны сохранения биоразнообразия и культивирования биоресурсов); II - рекомендуемые зоны (11а - промышленное рыболовство;
IIb - промышленный лов краба); III - зона особого назначения (Мурманский транспортный и военно-морской узел); IV- зона ведомственных ограничений (запрет рыбного промысла донными тралами в течение всего года); V- фермы аквакультуры; VI - РПУ (рыбопромысловые участки в губах и заливах); VII - действующие ООПТ;
VIII - планируемые ООПТ; IX - линия разграничения морских пространств между Россией и Норвегией. Миграционные пути и нерестилища промысловых рыб: нерестилища, зимний период: 1 - мойва, 2 - полосатая зубатка; летний период: 3 - камбала, 4 - треска,
5 - сельдь. Миграции, зимний период: 6 - мойва, 7 - зубатка, 8 - камбала; летний период:
9 - треска, 10 - пикша, 11 - лососевые
Кратко перечислим эти проблемы: сбор и картирование необходимой информации об океанографических, экологических и биологических факторах и процессах; картирование социальных ландшафтов, то есть связей между морской рыболовной деятельностью
и береговыми базами рыболовства; сбор информации об объектах и субъектах промысла; оценка перспектив (трендов) рыбопромысловой деятельности; определение пространственных и временных требований на новые виды рыбохозяйственной деятельности; определение возможных будущих альтернатив планируемой деятельности; выбор предпочтительных пространственных сценариев будущего использования водных биоресурсов (ВБР); определение доли охраняемых и эксплуатируемых пространств; инвентаризация возможных технологических и экологических мер эксплуатации ВБР и их консервация; разработка объединенной схемы пространственного зонирования использования ВБР в зависимости от рода, вида, размерно -возрастных стадий и других факторов биоразнообразия; согласование российских и международных правил использования ВБР, определение границ экосистемного описания и промысловой значимости ВБР; выявление противоречий между экосистемно-ориентированным управлением (международные аспекты) и суверенным законодательством в области управления ВБР [6].
С учетом изложенных принципов и многофункциональной экономики в Баренцевом и Карском морях предложено следующее районирование этого бассейна, основанное на экологической совместимости различных сегментов морского пространства (рис. 2).
Рис. 2. Зональная структура Баренцево-Карского бассейна по степени совместимости направлений хозяйственной и природоохранной деятельности


С точки зрения консервативного (резерватного) типа природопользования область вдоль южной (материковой) части Баренцева и Карского морей в зоне пограничного эффекта «суша -море», а также в районе арктических архипелагов отнесена к зоне недопустимого совмещения хозяйственной и природоохранной деятельности. Это означает приоритетное сохранение биоразнообразия рыб, птиц и морских млекопитающих (оранжевый цвет), где в пределах ООПТ законодательно запрещена любая производственная деятельность. В пределах указанной области возможны разрывы, например, особая зона транспортного и военного функционирования. Но в главном - эта область несет природоохранные функции. К ней примыкает зона нежелательного совмещения (желтый цвет) биоресурсной и минеральноресурсных видов
деятельности (промышленное рыболовство и освоение шельфовых запасов нефти и газа). Если сравнить рисунки 2 и 3, где показано территориальное распределение различных видов морехозяйственной деятельности, то можно видеть, что взаимодействие этих двух видов природопользования в некоторых прибрежных регионах рыбохозяйственного Баренцева моря выражено более ярко, чем в Карском, в южной части которого практически полностью отсутствует промышленное рыболовство. Они отнесены к ограниченно допустимому виду совместимости природопользования (зеленый цвет). И, наконец, допустимая морская хозяйственная деятельность возможна в северных частях обоих морей за исключением вышеуказанных районов (зон). Такое разделение акватории Баренцево-Карского региона носит предварительный характер, но опирается на сегодняшние реалии.
Обязательным условием совместимости всех видов морехозяйственной деятельности должна служить процедура проектных оценок воздействия на окружающую среду (ОВОС), а на этапе последующего развития конфликтных видов природопользования в регионе - процедура стратегической (региональной) экологической оценки. Особенно географически наглядно различные варианты степени допустимости морского природопользования показаны на рис. 3.

Рис. 3. Морехозяйственная деятельность в Баренцево-Карском регионе: промышленное рыболовство в течение: 1 - двух месяцев в году, 2 - 4 мес/год; 3 - 6 мес/год;
4 - 8 мес/год; 5 - 10 мес/году; 6 - 12 мес/год; 7 - промышленный лов краба, 8 - районы разведки и разработки шельфовых углеводородов, 9 - зона особого назначения (Мурманский транспортный и военно-морской узел), 10 - зоны межведомственных конфликтов,
11 - запрет рыбного промысла в течение всего года, 12 - сезонное ограничение рыбного промысла, 13 - действующие ООПТ, 14 - нефтяная структура « Университетская»,
15 - судоходные трассы, 16 - линия разграничения морских пространств между Россией и Норвегией, 17 - максимальный ледяной покров в 2014 г. (март), 18 - минимальный ледяной
покров в 2014 г. (сентябрь)
Планирование морской хозяйственной деятельности в Баренцево-Карском регионе исключительно сложно в силу разных объективных и субъективных причин. Многолетний опыт работы ММБИ по этим направлениям позволяет выделить на примере Баренцева-Карского региона следующие актуальные проблемы и пути их решения:
• в области эмиссии (загрязнение среды и биоты): реализация максимально безопасных технологий строительства и эксплуатации объектов нефтегазовой инфраструктуры; организация и поддержание в рабочем состоянии системы ликвидации аварийных разливов нефтяных углеводородов на скважинах, при танкерных перевозках и портовых погрузочно-разгрузочных операциях (особенно, в ледовых условиях); развитие технологий биологической очистки загрязненных акваторий и участков берегов; проведение масштабного (регионального) и локального экологического мониторинга с применением судов, буев и спутников; совершенствование методов экологической оценки последствий острого и хронического химического загрязнения ценных компонентов морских экосистем; создание корректной межведомственной методики оценки экологического ущерба экосистемам от загрязнения; реализация системы мер по минимизации выноса загрязняющих веществ в море речными водами; международное регулирование объемов атмосферных выбросов и дальних переносов поллютантов течениями;
• в области оккупации (территориальные конфликты): функциональное зонирование
морских акваторий и берегов по видам природопользования; расширение сети морских охраняемых территорий (консервация сегментов дикой природы); развитие и внедрение методов интегрированного управления экосистемными ресурсами; внедрение планов управления ресурсами в среднесрочные и долгосрочные стратегии социально-экономического развития приморских субъектов Федерации и федеральных округов, разработка государственной стратегии морской деятельности Российской Федерации.
• в области экстракции (изъятие ресурсов, в первую очередь, биологических): совершенствование нормативно-правовой базы рыболовства, особенно в части прибрежного промысла; развитие методов экологической оценки общего допустимого улова (по объему и видовому составу изъятия); недопущение вылова молоди рыб; ограничение механического воздействия на донные биоценозы; расширение добычи нетрадиционных биоресурсов (выравнивание экосистемной нагрузки); разработка методов экологической оценки последствий конкуренции аборигенных и чужеродных видов биоты; реализация мер системного контроля ненормативных изъятий биоресурсов; проведение мониторинга здоровья экосистемы на основе индикаторов; развитие искусственного воспроизводства морских биоресурсов.
Заключение
Рост интегральной напряженности в арктическом морском природопользовании вытекает из конфликтов меж- и внутриведомственных интересов, порождает противоречия в использовании ресурсной базы (биоресурсов, ископаемых ресурсов и территориальных географических ресурсов). Высокая концентрация морских природопользователей и неразрешённость "приоритетов" для разных видов природопользования генерирует на определенных участках акватории повышенный риск нанесения ущерба не только природной среде - риск интегрального воздействия, но и материального ущерба всем природопользователям, оперирующим на данной акватории.
Большинство потенциально конфликтных видов природопользования априори заданы самой природой. Однако уровень научного понимания проблемы в рамках концепции больших морских экосистем позволяет самим природопользователям делать выбор, где, каким способом и какими технологическими приемами добиваться эколого-экономических целей.
Все эти проблемы различаются разномасштабной изменчивостью, подвержены объективным и субъективным рискам (от климатических до политических). В процессе их идентификации очень важно выделить постоянную и переменную составляющие. С общим
усложнением социогеосистем важность своевременного определения стратегических и тактических приоритетов в арктическом природопользовании будет только нарастать, что делает проблему рационального природопользования чрезвычайно значимой.
С позиций устойчивого развития важен следующий тезис: все виды современного природопользования должны считаться равноправными. Об этом свидетельствует современная оценка экосистемных услуг, то есть выгод, которые люди получают от сохранности экосистем. Эти выгоды представляют собой обеспечивающие, регулирующие и культурные услуги, которые прямо или косвенно влияют на эффективность деятельности людей [7]. Особенно наглядно они проявляются в сегодняшних приемах морского территориального планирования, где выбор оптимального вида хозяйственной деятельности позволяет найти "свое место" каждому из видов природопользования - будь то добыча минеральных, биологических ресурсов или многоцелевое резервирование таких природных объектов, как арктические архипелаги и отдельные острова.
В изданной ещё в 1988 г. монографии «География океана: Теория, практика, проблемы» под редакцией А.П. Алхименко и С.Б. Слевича глава 1 была посвящена исключительно океаническому природопользованию [8]. Ее авторами отмечено, что «... для концепции экологизации общественного производства - фактически концепции будущего - должны быть характерны сбалансированные составные части природо-пользования: потребление, охрана и воспроизводство ресурсов в соответствии с равной зависимостью всех их для благосостояния человека в условиях сохранения природы». В соответствии с этой концепцией необходимо добиваться оптимизации взаимодействия человека и природы, сотворчества с природой, сохранения динамического биосоциального равновесия.
Учитывая важную роль морских прибрежных акваторий для социально-экономического развития приморских регионов, следует признать целесообразным распространение обозначенного Конституцией РФ права совместного ведения РФ и субъектами РФ на природопользование, охрану окружающей среды и обеспечение экологической безопасности, ООПТ, охрану памятников истории и культуры.
Для реализации этого шага законодательным (представительным) органам приморских субъектов РФ целесообразно инициировать дополнение статьи 72 Конституции РФ соответствующим подпунктом, используя свое право вносить предложения о поправках и пересмотре положений Конституции РФ (ст. 134).
Кроме того, важно использовать потенциал морских советов приморских субъектов РФ, сформированных в прошлые годы, и активизировать их работу в процессе перехода к комплексному планированию развития приморских территорий и прибрежных акваторий конкретных побережий страны [9].
Таким образом, конкретная работа по проблеме арктического морского природопользования (концепция будущего!) шаг за шагом становится практической реальностью.
Г.Г. Матишов, В.В. Денисов, А.П. Жичкин
Мурманский морской биологический институт КНЦ РАН

Реки Баренцева моря

Аквакультура Баренцева моря

Карты Баренцева моря

Рыба Баренцева моря

Гидробионты Баренцева моря

 

Мы теперь в ВКонтакте присоединяйтесь!